Регистрация

Вход на сайт

Регистрация

Регистрация нового пользователя

Здравствуйте, уважаемый посетитель нашего сайта!
Регистрация на нашем сайте позволит Вам быть его полноценным участником. Вы сможете оставлять свои комментарии, просматривать скрытый текст и многое другое.
Для начала регистрации перейдите по ссылке
В случае возникновения проблем с регистрацией, обратитесь к администратору сайта.
Страница 1 из 11
Модератор форума: aori 
Форум » Harry Potter Fanfiction » Рейтинг R » Облачное счастье (Dea siderea, СС/ГГ, PG-15, Romance, закончен)
Облачное счастье
aori Дата: Вторник, 21.12.2010, 15:53 | Сообщение # 1

 
Ранг: Вампир
Сообщений: 335
Награды: 1
Автор: Dea siderea
Рейтинг: PG-15
Жанр: Romance
Пейринг: СС/ГГ
Размер: миди
Саммари: семейная жизнь Северуса и Гермионы после 4 лет брака. Ошибки, которые может совершить каждый, кто забывает, что доверие – основа любых отношений. Что случается, когда больше слушаешь голос разума, а не сердца. Ведь всегда может найтись человек, готовый испортить другим праздник жизни.
Комментарии: Фик задуман как сиквел «Это всё либидо», но он вполне может считаться и самостоятельным.
Отказ: Отказываюсь.
Статус: закончен


aori Дата: Вторник, 21.12.2010, 15:59 | Сообщение # 2

 
Ранг: Вампир
Сообщений: 335
Награды: 1
Разрастаться не только вширь, но и расти вверх –
да поможет вам в этом сад супружества!
Фридрих Ницше

Но жена – не рукавица:
С белой ручки не стряхнёшь
Да за пояс не заткнёшь!
А.С. Пушкин

Глава 1

Прошёл почти год с тех пор, как Гермиона стала заседать в Визенгамоте. Три года не прошли впустую. Гермиона ухаживала за двойняшками и заочно училась. Плюс к своему первому экономическому образованию она получила ещё и второе, юридическое. Северус прекрасно знал, что его жена амбициозна и что домашнее хозяйство – не для неё. Он поощрял стремления и начинания Гермионы, гордился ею, пока не понял, что она стала жить работой, а не семьёй. Работы и у Северуса в аптеке было невпроворот. Бизнес процветал, и Северус уже подумывал о том, чтобы открыть вторую аптеку. Если у него вдруг возникали важные и неотложные дела, он всегда мог оставить за себя на работе своего помощника-сквиба Эндрю Стюарта. Гермиона же в своей работе была незаменима. Именно благодаря её напористости, уму и смекалке многие, как ей казалось, несправедливо осуждённые получали свободу. Гермиона приходила домой выжатая как лимон и едва наскребала в себе силы на детей и мужа. И, конечно, в один «прекрасный» момент Северусу это осточертело.

***

Гермиона уже засыпала, когда почувствовала, как муж поцеловал её в плечо и медленно погладил по бедру, задирая ночную сорочку.

- Не сегодня, Северус, - сонно пробормотала она. – Я устала, а завтра мне чуть свет на слушание.

Мужчина сжал зубы и отодвинулся на другую половину кровати. Вот, она опять это сделала. Раньше Гермиона никогда не отказывала ему в близости, а теперь у неё это вошло в привычку. Даже когда она приходила в форму после родов, они находили способы доставлять друг другу удовольствие. Её отлынивание от выполнения супружеского долга началось несколько месяцев назад, и Северус мог пересчитать по пальцам одной руки, сколько раз за последнее время он занимался с женой сексом.

- Как будто я прошу тебя не спать всю ночь, - проворчал он. – Ещё скажи, что затрахалась на работе.

Гермиона вздохнула, перевернулась на спину и уставилась в потолок.

- Северус. У меня завтра важное судебное слушание. Я устала, у меня в голове хаос, нервы на пределе, я должна отдохнуть. Почему ты не можешь понять и пойти мне навстречу? Я же не виновата, что тебе приспичило именно сегодня…

Кажется, последние слова были лишними. Не стоило говорить подобное Северусу Снейпу, ох, не стоило…

- Приспичило? – прошипел он. – Что ж, подождём, пока приспичит тебе.

Северус вскочил с кровати и вышел из спальни. Гермиона услышала, как хлопнула дверь комнаты для гостей.

- Чёрт…

***

Гермиона не спала всю ночь, лишь под утро она забылась беспокойным сном, который не принёс ни облегчения, ни отдыха. В первый раз за четыре года она по-настоящему поссорилась с мужем. Конечно, разногласий у них было полно, и спорили они довольно часто, начиная с того, какой длины должна быть юбка Гермионы и заканчивая тем, какая каша для детей полезнее.

Собираясь на работу, Гермиона двигалась как сомнамбула. Да и чувствовала себя не лучше. Всё валилось из рук, волосы ни в какую не хотели укладываться, пиджак и мантия сидели не так…

Северус уходил на работу на час позже Гермионы, поэтому он, скорее всего, специально не выйдет из спальни, чтобы не столкнуться с ней. Было как-то странно не поцеловать его перед уходом…

***

Процесс Гермиона с треском проиграла, и её оппонент – обвинитель Марциус Стрейкер, вляпал молодому парню – её ровеснику – десять лет Азкабана. Гермиону просто взбесило, как улыбнулся ей Стрейкер – ослепительно-победоносно. Но… Что греха таить, выступал Марциус сильно и эффектно. Обвинение было построено куда лучше, чем защита. Хотя, если бы Гермиона была в форме… Сейчас она могла лишь испепелить взглядом Стрейкера, однако, его улыбка от этого не померкла. Вот сволочь…

***

- Мистер Снейп.

- Что тебе, Энди? – негромко отозвался Северус – у него болела голова.

- Можно с вами поговорить? – неуверенно спросил парень.

- Ты это уже делаешь.

- Я хотел бы…

- Не мнись уже, говори прямо. Что, жалование повысить?

- Нет, я хотел попросить вас о другом. Дело в том, что моя сестра… она в следующем году заканчивает университет и ей необходимо пройти практику…

Северус облокотился о прилавок и внимательно посмотрел на помощника.

- Твоя сестра? Университет?

- Она не сквиб, сэр, она волшебница! – заверил шефа Эндрю.

- В самом деле? Что-то я не припомню никакой мисс Стюарт. Возможно, она училась в Хогвартсе уже после того, как… я оттуда ушёл. Сколько ей лет?

- Тридцать четыре… только не говорите ей, что я вам это сказал! – поспешно добавил Эндрю. - Стина училась в Шармбатоне – мы ведь недавно перебрались в Англию – потом она выучилась на дизайнера-модельера и работала в Париже, но потом ей что-то взбрело в голову, и она решила заняться наукой, поступила в университет… Ну, знаете ведь этих девчонок.

- Как не знать, – усмехнулся Северус, - у меня их три. Что у твоей сестры было по зельеварению?

- Ну… признаться, я не знаю…

Северус возвёл очи горе.

- Хорошо, Энди, веди сюда свою сестру. Лишняя пара рук, волшебная палочка и светлая голова нам не помешают. Я как раз собираюсь открыть вторую аптеку.

- Спасибо вам, сэр! – просиял парень.

- Моя рецензия будет целиком и полностью зависеть от работы мисс Стюарт. Я не склонен преувеличивать способности…

***

Гермиона вернулась домой намного раньше обычного. Бросив портфель с бумагами на диван, она прислушалась: в доме царила тишина. Наверное, гувернантка Венди ушла с детьми гулять. Гермиона сняла туфли, уселась в кресло и быстро просмотрела почту: несколько рекламных буклетов и письмо от Триши… У Гермионы сжалось сердце. Она любила девочку не меньше, чем родных детей, стала ей настоящей матерью и теперь, когда Триша уехала в Хогвартс, Гермиона, как любая нормальная мать, беспокоилась и скучала по своему ребёнку. Надо будет спросить у Венди, когда прилетала сова с Тришиным письмом.

Гермиона потянулась, прошла на кухню и налила себе стакан сока. Этот дом они с Северусом купили через полгода после рождения двойняшек. Дом был сравнительно новым, довольно просторным и находился в тихом маггловском пригороде Лондона.

Девушка с тоской смотрела в окно на ясное сентябрьское небо и думала, почему её жизнь с Северусом вдруг перестала быть безоблачной. Всё было прекрасно, пока она не вышла на работу. Неужели у неё не получается совмещать карьеру и семейную жизнь? Казалось бы, разве могут у них с Северусом быть поводы для ссор? Не просто повода для полушутливой перебранки или спора, а для настоящей ссоры. Они не виделись целыми днями, а, наскучавшись за день по любимому человеку, должны были бы… но всё получалось совсем не так, как должно было быть. Отношения с мужем становились всё прохладнее. Может, он просто ревнует её к работе? Но это же смешно… Северус знает, что она не домработница и не кухарка, так почему же?..

***

То, что дело было в ней самой, в её поведении, отношении, Гермиона просто не брала в расчёт. Северус тянулся к ней, а она была слишком погружена в работу, в решение чужих проблем, спасение чужих жизней.

Северус любил жену всё так же сильно и страстно. За четыре года его страсть к ней не только не утихла, а разгорелась ещё сильнее. Казалось, каждый день, проведённый вместе, подбрасывает новую охапку дров в их костёр любви. Но Гермиона решила купить огнетушитель.

Вернувшись вечером домой, Северус полностью игнорировал жену. За ужином расспрашивал Венди о том, как прошёл день, та рассказывала, о том, что опять учудили дети. Венди делала вид, что не замечает тягостной атмосферы и как воздух между супругами звенит от напряжения.

Позже трёхлетняя Шерил сидела у Северуса на коленях, и они развлекались тем, что девочка пыталась поймать отца за нос, а тот делал вид, что пытается укусить её за пальчики. Шерил заливисто смеялась, и её брат, оторвавшись от строительства замка из кубиков, с любопытством на неё посмотрел. Северус перехватил взгляд больших блестящих карих глаз сына и скорчил рожу. Шерил и Шон прыснули, и Гермиона невольно почувствовала укол зависти, обиды и даже ревности.

Северус был прекрасным отцом. Когда надо – строгим, когда надо – снисходительным. Он никогда не повышал на детей голоса, но они и так слушались его бесприкословно. Может быть, сказывалась его долгая педагогическая практика? Северус никогда не баловал детей, Гермиона же чаще потакала их прихотям, и в её присутствии Шерил и Шон могли раскапризничаться и даже закатить истерику. Впрочем, одного взгляда отца обычно хватало, чтобы всё это безобразие прекратилось.

Сейчас Северус играл с двойняшками, и их окружала такая плотная аура любви, что Гермиона чувствовала себя лишней, ненужной, несчастной и одинокой.



aori Дата: Вторник, 21.12.2010, 16:07 | Сообщение # 3

 
Ранг: Вампир
Сообщений: 335
Награды: 1
Глава 2

- Я так рада познакомиться с таким Мастером зелий, как вы! – потрясла Северусу руку высокая миловидная женщина.

Что высокая, то высокая. Ростом Кристина Стюарт была даже немного выше Снейпа. Правильные черты лица, тонкие брови, светлые, как и у Энди, волосы были коротко острижены, глаза светло-зелёные, прозрачные.

Северус чуть заметно поморщился. Ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что мисс Стюарт была женщиной с заурядным интеллектом, и таланта к зельям и к науке у неё не было абсолютно. Северус вздохнул, понимая, что ему четыре месяца придётся сдерживать раздражение. Занималась бы эта… мисс Стюарт своими тряпицами да выкройками, а не лезла в науку и не позорила звание зельевара. В крайнем случае, в манекенщицы бы пошла. С таким-то ростом… Но отказать сестре своего помощника, с которым он работает уже десять лет, Снейп не мог.

***

Поздно вечером Северус сидел в своём домашнем кабинете и писал письма. Нужно было заказать большую партию зелий и ингредиентов для новой аптеки. Подходящее помещение он уже нашёл и даже внёс арендную плату до самого нового года. Дело за товаром. Если эта новая, большая аптека будет приносить прибыль не хуже маленькой, то он, скорее всего, к весне выкупит это помещение.

Северус писал, сколько ему необходимо заказать зелий и ингредиентов в графах напротив их названий, когда в дверь, коротко постучав, вошла Гермиона.

«Мириться пришла», - мрачно подумал мужчина и сделал вид, что Гермионы в кабинете нет. Она тихонько прикрыла дверь, и какое-то время молча разглядывала завесу волос, скрывающую лицо мужа.

- Северус, - наконец, позвала девушка.

- Я работаю, - холодно обронил он.

Гермиона сделала несколько шагов и встала напротив стола.

«Что за дурацкая привычка разгуливать по дому босиком?», - раздражённо подумал Северус.

- Ты можешь прерваться и уделить мне минуту?

Он демонстративно отбросил перо, откинулся на спинку кресла и, сложив руки на груди, уставился на жену.

- Ты пришла сказать, что сделала, наконец, выбор между семьёй и карьерой?

- Я не понимаю, о каком выборе ты говоришь. Карьеру и семью можно прекрасно совмещать, - Гермиона чуть пожала плечами.

- Действительно, можно, – согласился Северус. – Но это не каждому дано. Не у всех, знаешь ли, получается совмещать. Зачем ты выходила замуж? – неожиданно резко и зло спросил он. – Потому что забеременела или были иные причины?

Гермиона отшатнулась, глаза заблестели от слёз. Это был сильный, жестокий, болезненный удар, несправедливое обвинение, и Северус знал это. Он знал, что Гермиона любит его не меньше, чем он её, но желание сделать ей больно, таким образом отомстив за собственную боль, было неудержимым.

- Ты делаешь из мухи слона, - прошептала побледневшая девушка. – Ты зол и обижен, поэтому так говоришь.

- Избавь меня от своей женской философии, – скривился Северус. – Говори, с чем пожаловала или уходи – мне надо работать. Да и тебе, наверное, завтра опять с утра на заседание.

У него зубы свело от собственной грубости и холодности, но отступать было некуда.

- Ты видел, что пришло письмо от Триши? – не сдавалась Гермиона и, обойдя стол, встала, едва не касаясь ногой колена мужа.

- Видел. И даже читал. У тебя всё?

- Над чем ты работаешь?

Нет, если она будет и дальше продолжать так себя вести, то он сдаст свои позиции, а она не поймёт своей неправоты. Но, гоблиновы уши, так хотелось схватить её за бёдра и усадить себе на колени!

- На этой неделе я открываю ещё одну аптеку. Дел по горло.

- Как? – ахнула Гермиона. – И ты ничего мне не сказал?!

Её и без того огромные глаза от удивления стали ещё больше, розовые губы полуоткрыты… Северус ругнулся про себя. Эта девчонка не просто его волнует – сводит с ума! После родов её фигура чуть округлилась, и Гермиона стала ещё женственнее, ещё сексапильнее…

- Ты мне много рассказываешь в последние дни о том, как у тебя дела на работе?

- Ты не очень-то интересуешься! И с каких это пор ты перестал со мной считаться?!

Ну вот. Сейчас она будет показывать свой темперамент. Право, лучше бы демонстрировала его в другом…

Северус не выдержал.

- С тех пор, как ты перестала считаться со мной! – он вскочил из кресла и навис над девушкой. – Скажи мне, ты помнишь, когда мы в последний раз целовались по-настоящему? – он перевёл взгляд на её яркие губы. – Чмоканья и «Северус, помада смажется!» можно опустить.

- Я могу поцеловать тебя прямо сейчас.

- Заманчивое предложение, миссис Снейп, но благодарю покорно. Клянчить поцелуи у собственной жены я не намерен.

- Я предлагать себя тоже, - Гермиона подняла подбородок и дерзко взглянула мужчине в глаза.

- Ну, вот и договорились.

- Чёрт с тобой! Варись в своём чёртовом бизнесе сам!

Гермиона развернулась и, хлопнув дверью, ушла. Северус тяжело опустился обратно в кресло и прикрыл глаза рукой. Хотелось броситься за этой упрямой девчонкой и овладеть ею прямо в том месте, где он её нагонит, дав волю своим чувствам… Но это бы ничего не решило…

***

Сначала Гермиона бесилась, меряя шагами спальню, потом разрыдалась от бессилия, ничком упав на кровать. Было невыносимо спать одной в этой огромной холодной постели без привычного горячего сильно тела мужа рядом, чувствовать себя беззащитной и бесконечно одинокой. Сегодня её ждёт ещё одна такая ночь. А сколько ещё таких ночей впереди? Ведь она пытается чего-то достигнуть в этой жизни. Почему Северус такой упрямый, почему не может понять…

***

Гермиона не знала, что Северус несколько ночей, проведённых в комнате для гостей, практически не спал. Чувствовал он себя отвратительно. Тонизирующие зелья помогали, но Северус уже чувствовал приближение мигрени. А его мигрень, начавшись, так просто не пройдёт. Ему было невыносимо засыпать, не обняв тонкую, хрупкую Гермиону, не вдохнув нежный аромат её кожи и волос…

Что же случилось с их браком и что будет дальше, если Гермиона не поймёт?..

***

Как ни странно, но практикантка раздражала Северуса намного меньше, чем он того ожидал. Наверное, потому что её полная бесталанность и не выдающиеся умственные способности компенсировались старанием, трудолюбием и поистине французским шармом. Несмотря на столь высокий рост, Стина двигалась довольно грациозно. На её фоне Гермиона казалась такой миниатюрной…

«А с каких это пор я стал сравнивать Гермиону с кем бы то ни было?», - нахмурился Северус.

Довольно скоро он привык к Стине так же, как он привык когда-то к её брату Эндрю. Ему даже стало нравиться – да что скрывать, ему даже доставляло удовольствие! – обучать эту женщину тонкостям аптекарского дела и зельеварения. То ли он самоутверждался, то ли просто захватила ностальгия по преподаванию… Северус удивлялся: чему только студентов в институтах учат, если почти что дипломированный специалист приходит на практику почти с пустой головой?! Неужели нельзя за столько лет вдолбить… Хотя, если случай клинический, то нельзя. А как-то Северус едва не расхохотался, когда Стина сказала, что из него получился бы прекрасный педагог.

Маленькую аптеку Северус оставил на Энди, а сам перебрался в новую, большую. Разумеется, вместе с практиканткой.

«Интересно, что бы сказала Гермиона, узнай она, что я дни напролёт провожу с женщиной?», - усмехнулся Северус.

***

Гермиона, естественно, знать не знала ни о какой практикантке, которая к тому же была старше её на целых семь лет.

Рабочий день заканчивался, и Гермиона собирала бумаги со своего стола, чтобы положить их в сейф, когда в дверь её кабинета негромко, но настойчиво постучали.

- Войдите.

Гермиона растерялась, но тут же подобралась. Что этот человек забыл в её кабинете? Невысокий русоволосый мужчина, который сейчас стоял напротив неё, оказался никем иным, как обвинителем Марциусом Стрейкером.

- Позволите мне присесть, миссис Снейп? – спросил он, усаживаясь в кресло для посетителей.

- Вы это уже сделали, мистер Стрейкер, - холодно отозвалась она, и мужчина ослепительно ей улыбнулся.

Марци Стрейкр наверняка был очередной реинкарнацией Казановы. У него была патологическая зависимость от женщин, но лечить сей недуг он не собирался. Он уже давно сбился со счёта, сколько женщин побывало в его постели, и в скольких постелях женщин побывал он. Хотя Марци не был красавцем, всего пара его слов и улыбка растапливали женские сердца. Он уже давно «положил глаз» на миссис Снейп, но действовать решил только сейчас. Накануне Марци сидел в дорогом ресторане со своим другом Йеном, который также заседал в Визенгамоте, и вдруг выдал:

- Хочу заполучить эту миссис Снейп.

- С ума сошёл? – чуть не подавился «Цезарем» Йен. – Сдалась она тебе!

- Ну, тут ты не прав. У неё неплохая фигура, роскошная кожа и волосы… А какие ноги! – Марци прищёлкнул языком. – И эта её неприступность… Ты ведь знаешь, я человек азартный.

- А её лицо, характер, внутренний мир, душевная организация тебя не интересуют? – «поддел» Марци приятель.

- А что лицо? Нормальное у неё лицо. Если женщина страшная, можно погасить свет или перевернуть её на живот, - усмехнулся он. – По всей видимости кровь у неё горячая… А на всё остальное мне плевать с высокой башни. Я же не собираюсь на ней жениться.

- Она замужем, - напомнил Йен. – И, я кое-что слышал о её муже, поэтому сразу тебе говорю: забудь.

- Ой, ну и зануда же ты! – отмахнулся Марци. – Какая разница, замужем - не замужем! Мы пару раз перепихнёмся и всё.

- Говорю тебе, лучше не лезь. Ты её мужа не знаешь, - покачал головой Йен. - Он бывший Упивающийся.

- А что мне её муж? Пусть делает в шляпе дырочки.

- Мистер Стрейкер, у вас, - Гермиона бросила взгляд на часы, - ровно восемь минут, чтобы изложить, зачем вы пришли. Потом я отправляюсь домой.

- Я просто подумал: то, что мы оппоненты в зале суда, вовсе не значит, что мы должны оставаться таковыми и за его стенами.

- Не понимаю, к чему вы клоните.

- Я не могу выносить то, с какой ненавистью вы на меня смотрите, - проникновенно сказал Марци. – Я ведь просто делаю свою работу, а вы меня за это ненавидите…

- Вы ошибаетесь, мистер Стрейкер. Я никого не ненавижу.

«Такого сильного чувства, как ненависть ты, гад, просто не заслуживаешь», - мысленно добавила Гермиона.

- Вы, наверное, мне не поверите, но не всем обвиняемым я желаю строгого наказания. Мне бывает их жаль, - с тоской в голосе продолжил Марциус.

- Вы правы. Не поверю.

- Миссис Снейп, я бы очень хотел, чтобы вы взглянули на меня просто как на человека, а не на обвинителя. Работа есть работа… Но давайте зароем топор войны…

- Если вы только за этим…

- И если вы не против, мы могли бы зарыть его завтра за обедом.

- Я против. Я обедаю одна, мистер Стрейкер.

- Тем более! – оживился он. – Очень хотелось бы скрасить…

- Не обольщайтесь.

- И вы ещё упрекаете в чёрствости и жестокости меня!

- Восемь минут истекли.

- Вы просто не представляете, как мне было приятно пообщаться с вами неофициально. Вы сегодня выглядите чудесно. А в работе так просто восхитительны.

- Лесть оставьте при себе, мистер Стрейкер. Я её не люблю.

- Жаль, что вы не сумели отличить комплимент от лести, миссис Снейп. Я искренне восхищаюсь вами как профессионалом, как достойным противником. Как женщиной…

- Всего хорошего, мистер Стрейкер.

Марци вышел из кабинета миссис Снейп и мысленно поздравил себя с первым удачным ходом в этой партии. Конечно, эта миссис Холодность и Надменность – крепкий орешек, но не она такая первая на его пути. Ещё ни об одну «орешку» он не сломал зубы. И эта Снейп не будет исключением. Она раскроется перед ним быстрее, чем бутон под солнцем.

«Интересно, что бы сказал Северус, если бы узнал, что, добиваясь моего расположения, мужчина пригласил меня на обед?», - с усмешкой подумала Гермиона.

***

Северус, естественно, знать не знал ни о каком Марци «Казанове» Стрейкере. А если бы узнал… Плохо пришлось бы всем.

***

Время шло. Северус ждал, когда Гермиона, наконец, осознает и признает свои ошибки, а Гермиона ждала, когда это сделает Северус. В конце концов, он мужчина, ему полагается делать первый шаг! Но, скорее мир превратится в первозданный Хаос, чем Северус Снейп преклонится! Пусть даже перед любимой женщиной.

И у Северуса, и у Гермионы уже давно вошло в привычку пить на ночь зелье Сна без Сновидений. Это позволяло забыться, выспаться и не думать о супруге в соседней комнате.

Гермиона стала один за одним выигрывать судебные процессы. И ей не приходило в голову, что это происходило с подачи Марци. Из-за успеха в работе и из-за бесконечных комплиментов Марци самооценка Гермионы взлетела до небес. Сама того не замечая, она стала уделять своей внешности больше внимания. Если раньше она пользовалась косметикой постольку поскольку, то теперь не ходила на работу без тщательного делового макияжа. Всегда короткие ногти превратились в отполированные ухоженные коготки, роскошные непослушные кудри она пыталась выпрямить, правда, без особого успеха.

Северус не верил, что жена таким образом пытается привлечь к себе его внимание. Значит… она кого-то завела? Или хочет произвести на кого-то впечатление?

Он был не далёк от истины. Гермиона изменила своё мнение о Марци Стрейкере, подружилась с ним. Теперь он казался ей остроумным, весёлым, милым… Он даже пригласил её на свой день рождения, который приходился на двадцать шестое ноября. Разумеется, одну, без мужа.



aori Дата: Вторник, 21.12.2010, 16:12 | Сообщение # 4

 
Ранг: Вампир
Сообщений: 335
Награды: 1
Глава 3

Этот день ничем не отличался от других. Стина щебетала без умолку, и Северус за эти неполные три месяца уже привык к её болтовне. Раньше пустой трёп его всегда выводил из себя, теперь же Северус был даже рад ему.

Он сказал Стине разложить новые ингредиенты на витрине, и женщина ушла за ними на склад… казалось, битый час назад. Куда она там запропастилась?! Не может найти то, что нужно? Вот же бестолочь! Ну, сейчас он выскажется по поводу и без!

Северус толкнул складскую дверь и заморгал, привыкая к кромешной тьме.

- Кристина? – зачем-то окликнул Северус, ведь ясно же, что её здесь нет. Не сидит же она тут в полной темноте…

И тут из этой самой темноты на него что-то набросилось. Схватило за плечи, впихнуло в помещение и прижало к стене. Палочка уже была у Северуса в руке, когда он почувствовал на своих губах горячее дыхание.

- Какого гоблина?!

Мягкие влажные губы прижались к его губам, длинная женская нога обвила его бедро, гибкие, на удивление сильные руки крепко обхватили за плечи.

- Что вы тут устроили?! – Северус довольно грубо, но всё-таки стараясь не очень применять силу, оттолкнул женщину от себя. Стина тяжело и часто дышала и молчала. Сдерживаясь, чтобы не начать ругаться вслух, Северус зажёг свет и посмотрел на практикантку. Мерлиновы… усы! Кристина стояла в распахнутой мантии, под которой не было ничего. Кожа при магическом свете казалась белой как мрамор. И в таком виде эта женщина сейчас недвусмысленно прижималась к нему?! У него, конечно, железная выдержка и стальные нервы, но не настолько же…

- Приведите себя в порядок и выходите в торговое помещение, - следя за интонацией голоса, сказал Северус и вышел, ругая про себя на чём свет стоит… Гермиону.

- Я не собираюсь допытываться до того, чем мотивированы ваши действия, мисс Стюарт, потому как мне это абсолютно не интересно, - начал Северус, когда Кристина появилась из служебных помещений. – Но впредь, надеюсь, этого не повторится, ибо подобное неуважение ко мне повлечёт за собой строгое наказание. Я мог бы прямо сейчас вышвырнуть вас, но мне жаль трёх затраченных на вас месяцев, моих усилий и, конечно, вашего брата. Он бы огорчился. Мне непонятно, что могло спровоцировать такое ваше поведение. Я ни словом, ни делом не давал понять, что… подобные отношения между мной и вами возможны даже в мыслях. Вы взрослая женщина и должны понимать… Если вам хочется интима, то, пожалуйста, впредь ищите его не в моих аптеках и, разумеется, не со мной. Предлагаю забыть этот чудовищный инцидент и вашу… безрассудность. До конца вашей практики, если я не ошибаюсь, осталось меньше месяца.

Стину, казалось, всё это ничуть не смущало. Она стояла и, закусив губу, пожирала Снейпа горящими глазами. При его последних словах она кивнула. Она не собиралась сдаваться. Главное сейчас развести его с женой, а дальше – проще. Она уже давно «положила глаз» на Северуса. Ну и что, что не красавец? Он вполне привлекательный, интересный, при деньгах… Такого мужчину нормальная женщина не пропустит. А жена… подумаешь! От жён ей избавляться не впервой. Есть старые проверенные способы, которые действуют безотказно. Конечно, неплохо было бы уже угомониться и выйти, наконец, замуж… Но для начала она вполне могла бы побыть и любовницей Снейпа. Любовниц всегда балуют и спускают на них кучу денег. Стина к этому привыкла. Так что миссис Снейп может делать в своей шляпке дырочки.

- Можете возвращаться к своим обязанностям, – сказал Северус и удалился в свой маленький кабинет.

Гоблиновы уши, и чего он разволновался? Ну, подумаешь, безмозглая баба захотела… Нет, она что, всерьёз думала, что он сможет изменить своей жене? Нет, смочь-то он, конечно, смог, тем более что уже три месяца не прикасался к женщине… Но с физиологией он справится. Нет, он что, допускал в мыслях измену? Конечно, Гермиона сама виновата, и любой другой на его месте с радостью воспользовался бы подвернувшимся случаем… Изменить? Предать любимую женщину ради нескольких минут удовольствия? Нет уж, увольте. Ни за что. Это насколько надо не уважать и не ценить собственную жену, чтобы пойти на обман и предательство? Предпочесть Гермионе другую? Променять мать своих детей на непонятно кого? Дикая, нелепая мысль, от которой Северус сам себе стал противен. Уж скорее он в монастырь уйдёт или забаррикадируется в подземельях до конца своих дней. Да и не может он представить рядом с собой, пусть даже на час, кого-то другого. Гермиону ему не заменит никто.

Северус прижался лбом к прохладному оконному стеклу. Вдруг накатили тоска, одиночество, безысходность. Оказывается, он уже успел забыть об этих чувствах!

Гермиона. Девочка, вытащившая его из его персонального душевного склепа; та, которая стала матерью для его дочери; та, которой он прилюдно поклялся в верности четыре года назад; та, без которой он не мог жить…

- Я люблю тебя, маленькая моя. И гоблина лысого я тебя кому-нибудь отдам.

Северус отстранился от окна и резким движением протёр запотевшее стекло ладонью.

***

Весь воскресный день Гермиона провела с детьми. После обеда Венди уложила их спать, и Гермиона решила выпить чашку кофе и почитать. Кофе у Венди получался замечательным, но всё равно не таким, как у Северуса. Но выбирать не приходилось. Северус даже по выходным стал пропадать в своей новой аптеке. Гермиона вдруг почувствовала угрызения совести, что не помогает ему. Но Северус продолжал её игнорировать, а предложить свою помощь Гермионе не позволяла гордость.

Девушка сделала всего несколько глотков кофе, когда неожиданно сильная боль скрутила её, заставив согнуться пополам. Было ощущение, будто она проглотила ёжика, и теперь он расправил в желудке все свои иголки.

В домашней аптечке нашлись лишь жаропонижающие, обезболивающие зелья, зелья Сна без Сновидений, от кашля… Гоблиновы уши! Выпить обезболивающее? Но если воспалилась слизистая оболочка желудка, от него может стать только хуже. Варить зелье самой у неё не было сил, да и нужных ингредиентов наверняка нет. Отправить Венди к маггловскую аптеку? Долго! Аппарировать к Северусу Венди не могла, потому что была сквибом, а камина в аптеке не было. Проклятие!

Колюще-режущая боль в желудке заставляла Гермиону не только сгибаться в трипогибели, но и, наплевав на всё с высокой башни и оставив детей на гувернантку, аппарировать к Северусу самой. В конце концов, чем она хуже обычного клиента?

***

Прижимая под мантией руку к животу, Гермиона вошла в помещение аптеки и остолбенела. За прилавком стоял не Северус, а высокая блондинка, которая, похоже, чувствовала себя здесь хозяйкой. От удивления Гермиона даже на секунду забыла о боли. Она что, аппарировала не туда? Да какая разница, в самом деле! Желудок нестерпимо горел огнём, и Гермионе было всё равно, где купить лекарство.

- Где Северус? – на всякий случай поинтересовалась она у блондинки.

- Простите?

- Где Северус? – повторила Гермиона, теряя остатки терпения и вежливости.

- А вы кто будете? – блондинка небрежным жестом поправила свои короткие волосы. – Как мне ему о вас доложить?

- Я буду миссис Снейп. Кто будете вы, я разберусь позже. А теперь, будьте любезны, позовите Северуса.

Но Северуса не пришлось звать. Он вышел сам. Перевёл удивлённый взгляд с жены на практикантку и обратно. Боль резанула с новой силой, заставив Гермиону скривиться. Не проронив ни слова, Северус в два шага приблизился к жене, взял её за локоть и проводил в свой кабинет за складом.

- Дело плохо, раз ты сама сюда пришла, - негромко сказал он.

- У меня ужасно болит желудок, как будто там семья ёжиков поселилась, а дома нет ничего подходяще… ох!

- Я сейчас, - бесстрастным тоном обронил мужчина и вышел.

Не прошло и минуты, как он вернулся.

- Вот, - Северус протянул Гермионе небольшой пузырёк. – Выпей всё. Ёжикоизгонятелей у меня нет, но зелье не менее эффективно.

- Опять твои шуточки, - буркнула Гермиона и залпом выпила густую жидкость по вкусу похожую на мятный кефир. Боль отступила почти сразу, и девушка облегчённо вздохнула. – Спасибо.

- У тебя что, гастрит? – нахмурившись, поинтересовался Северус.

- Гастрит? Не знаю… нет. Наверное, просто слизистая воспалилась…

- Было бы неплохо, если бы ты ненадолго оторвалась от своих драгоценных арестантов и обследовалась.

- Кто эта женщина? – неожиданно резко спросила Гермиона.

- Это практикантка, сестра Энди. Вы не познакомились?

- Великовозрастная практикантка? – прищурилась девушка.

- Не одна ты пожелала иметь два образования.

- Не знала, что у Энди есть сестра.

- Я тоже.

- И давно она у тебя практикуется?

- Почти три месяца.

- Что?! – Гермиона задохнулась от изумления и возмущения. – И ты ни словом не обмолвился о том, что дни напролёт проводишь наедине с этой дылдой?!

- Ты ещё буянить начни.

- Теперь всё встало на свои места. Теперь мне понятен и твой переезд в комнату для гостей и то, что я тебя так раздражаю и то, что ты пропадаешь в аптеке… Конечно, куда уж мне. Я в любом случае потеряюсь на фоне этой стропилины!

- По-моему, это ты первая начала меня игнорировать. Гермиона, когда у нас начались… разногласия, я ещё знать не знал о мисс Стюарт. Можешь спросить у Энди.

- Не собираюсь я опускаться ни до каких расспросов. Даже если это и правда, это абсолютно не меняет сути дела. Северус. Я пахала как лошадь, уставала как собака, выкладывалась по полной, пытаясь хоть чего-то добиться в жизни, а ты тем временем спал с этой Барби?!

Это было уже чересчур.

- С ума сошла?!

- Конечно. Разве ты признаешься? Лживый, лицемерный сукин сын!

Похоже, у богов сегодня выходной. Бежать за ней? Пытаться доказать свою преданность? Нетушки. Оправдываться он не станет. Тем более, оправдываться ему не в чем. Если она ему не верит… С каких, кстати, пор? Может, ей самой есть что скрывать? Если ей хочется думать, что он её предал – пусть считает.

***

Стина с удовлетворённой улыбкой проводила взглядом выбегающую в слезах миссис Снейп. Её подозрение и, что скрывать, надежда на то, что Снейпы поссорятся, полностью оправдались. Ну и лохудра… Северус что, женился на ней, будучи в отчаянии? Что он нашёл в этой невзрачной коротышке? Впрочем, теперь это уже не важно. Сегодня она преподнесёт Северусу сюрприз… Он поругался с жёнушкой? Какая жалость. Ничего, теперь её, Стины, выход и уж она-то умеет утешать мужчин…



aori Дата: Вторник, 21.12.2010, 16:15 | Сообщение # 5

 
Ранг: Вампир
Сообщений: 335
Награды: 1
Глава 4

Гермиона впервые почувствовала, что значит быть преданной. Обида, боль, гнев, унижение, горечь смешались в душе, и хотелось одного – умереть. Тем более что это так просто… Но умереть – значит быть слабой и трусливой. Она не может себе позволить быть слабой и зацикливаться на своём горе и своих чувствах. У неё дети, которым она нужна.

В глубине души Гермиона не верила, что Северус – её Северус! – мог изменить ей. Не такой он человек. Это тот самый Северус Снейп, до конца оставшийся верным данному слову и до последнего момента защищавший Гарри и всех их от Волдеморта. Он не мог предать. Не мог бросить на землю её сердце, её чувства, их отношения, их брак и растоптать.

Гермиона зашла в свою спальню и, прижав ладонь ко лбу, бессильно застонала, опираясь спиной о стену. И тут её взгляд наткнулся на лежащее на кровати вечернее платье. Гоблиновы уши! Сегодня же день рождения Марци! Она обещала, что придёт, но, Мерлин свидетель, она не может! Гермиона уже села, чтобы написать Марци письмо, сказать, что заболела и не сможет прийти, извиниться… но вдруг отбросила перо и пергамент. В конце концов, чем она хуже Северуса?! Хотелось показать ему, что даже если он променял её на дылду, она не пропадёт. Марци проявлял к ней интерес, был внимательным, обходительным… Флиртовать Гермиона никогда не умела, но, кажется, Марци мог это делать за двоих.

Гермиона приняла ванну и, действуя машинально, принялась одеваться. Длинное серебристо-серое платье на тонких бретельках подчёркивало каждый изгиб её фигуры. Разрез спереди при движении открывал ногу до бедра. Гермиона знала, что у неё красивые ноги и при случае предпочитала делать акцент на них, а не на груди. Скромное колье и серьги, волосы обязательно наверх. Макияжем заниматься было лень, но и пойти такой бледной она не могла. Мысли целиком и полностью были заняты Северусом и этой дылдой. Что они сейчас там делают? От этих мыслей было больно; обида, ревность и злость захватывали с новой силой, но и не думать она не могла.

***

Аппарировав в дом к Стрейкеру, Гермиона поражённо застыла. Во-первых, вместо шума вечеринки её встретила гробовая тишина, а во-вторых, её поразил интерьер: богатый, старинный…

- Нравится? – раздался за спиной Гермионы мягкий голос Марциуса. Она резко обернулась.

- Что всё это значит? Я слишком рано? Где гости? Ты же говорил…

- Гостей не будет, – так же мягко ответил мужчина и, подойдя к Гермионе, взял её за руку и прижал тыльную сторону её ладони к губам. – Только ты и я.

По коже девушки пробежал холодок. Несмотря на роскошную обстановку, чувствовала она себя очень неуютно.

- Я не понимаю, Марци, зачем всё это?

- Это? Это сюрприз, моя дорогая. Я хочу, чтобы мы провели этот романтический вечер вдвоём.

- Прости, но не думаю, что…

- Пожалуйста, не отказывайся. Сделай мне этот подарок.

Гермиона заколебалась. С одной стороны нет ничего дурного в том, чтобы поужинать с Марци, а с другой… какая ещё романтика?! Ведь они просто приятели, коллеги – не больше. Неужели он мог подумать…

- Ты обворожительна. Просто прекрасна.

Марци наклонился и легонько поцеловал девушку в шею. Гермиона чуть вздрогнула и прикрыла глаза. Казалось, всё это сон. Просто дурной сон. Вот сейчас она проснётся и окажется, что она лежит в объятиях Северуса, смотрит в его бездонные чёрные глаза, он наклоняется и целует её в плечо, в грудь, покрывает поцелуями шею, его руки поглаживают её тонкую талию, одна ладонь скользнула в разрез платья и сжала её бедро…

Гермиона распахнула глаза и с криком оттолкнула от себя чужого мужчину.

- Что? – недоумённо спросил Марци. – Что такое?

Девушка медленно отступала. Бледная, с огромными лихорадочно блестящими глазами.

- Ты здорова?

- Прости, Марци. Я не знаю, что ты напридумывал относительно меня, но между нами невозможны никакие отношения, кроме деловых.

- То есть как? – не понял он. Только что девушка в его объятиях таяла как пломбир на солнце и вдруг…

- Я люблю своего мужа, и других мужчин для меня не существует.

- Да люби кого угодно сколько угодно! – вышел из себя Стрейкер. Он почувствовал, что добыча ускользнула от него. Сейчас, когда он был в шаге от своей цели, эта глупая девка со своими стереотипами решила всё испортить! – Почему это должно помешать…

- Ты что, не слышал меня? Ты мне безразличен. Ты для меня не больше, чем сослуживец.

Мужчина изменился в лице.

- Думаешь, я к тебе пылаю страстью? – зашипел он. – Тебе выпал шанс переспать со мной, а ты ещё характер показываешь? Да я тебе одолжение сделал, обратив на тебя внимание! Ты себя в зеркало видела? Пугало огородное!

Это было уже слишком. Гермиона зажмурилась и аппарировала в первое пришедшее ей на ум место. В дом в Тупике Прядильщиков.

***

На доме стояли охранные чары, и в него мог войти только член семьи Снейп. Северус почему-то так и не продал эту лачугу. Может, из каких-то собственных соображений, а может, потому что дом почти ничего не стоил. Сейчас Северус за месяц зарабатывал куда больше, чем стоил этот дом.

Гермиона ввалилась в гостиную, будто за ней гнались. Она захлопнула входную дверь, в кромешной тьме на ощупь добралась до пыльного дивана и легла лицом вниз. Гермиона не знала, то ли она задремала, то ли находилась в каком-то странном оцепенении, и сколько она так пролежала, но, однако, когда она очнулась, в доме по-прежнему было темно. Она засветила палочку, нашла несколько свечей и зажгла их. Почувствовав себя отвратительно грязной, Гермиона прошла в смежную со спальней ванную комнату и привела её в более-менее чистый вид. Погрузившись в наполненную горячей водой ванну, она долго тёрла кожу намыленной губкой, стараясь избавиться от ощущения чужих рук и губ на своей коже. Гермиона не замечала, что слёзы ручьями стекали по щекам и капали в воду.

- Прости меня, Северус, - раз за разом повторяла она, - прости…

***

Северус вернулся домой и сразу прошёл в свой кабинет, чтобы собраться с мыслями и настроиться на трудный разговор с женой. Вообще-то остаток рабочего дня он только и делал, что думал; на душе было муторно. Дальше тянуть с этим разговором было невозможно, потому что чем дальше, тем хуже. Хотя, куда ещё хуже? Либо сегодня их с Гермионой отношения выйдут, наконец, из тупика, либо… Об этом думать не хотелось. Северус знал только, что несмотря ни на что, по-прежнему страстно любит свою жену, что он не хочет и не может потерять её; у них прекрасная семья, замечательные дети…Триша скоро приедет из Хогвартса на рождественские каникулы…

Северус решительно направился наверх. В спальне Гермионы не оказалось, как и нигде в доме. И что это значит? Где может быть Гермиона в столь позднее время?! Венди сказала, что миссис Снейп вернулась из аптеки, промчалась в свою комнату, а совсем недавно ушла в красивом вечернем платье… и естественно не сказала, куда она отправилась и когда вернётся.

Северус стоял посреди кабинета как соляной столп. Гоблиновы уши, куда Гермиону понесло?! Он лихорадочно думал, что предпринять, когда в окно постучала клювом сова. Мужчина впустил птицу и та, бросив на стол большой белый конверт, улетела. В конверте оказалось с десяток колдографий. Кристина Стюарт сделала-таки сюрприз.

Северус не поверил своим глазам: на колдографиях Гермиона была с каким-то хмырём. Хмырь, он и есть хмырь. Весь напомаженный, с модной стрижкой, этакий Локонс в молодости. Женщинам такие нравились. И Гермиона не исключение. На одном снимке она сидела с хмырём в кафе, на другом он пропускал её в кабинет, положив руку ей на талию, на третьем она мило улыбалась этому…

Снимки выпали у Северуса из рук и рассыпались по столешнице. Сейчас любой, кто его увидел, предпочёл бы убраться с его глаз как можно дальше.

Так вот в чём причина. Дело не в карьере, а в этом хмыре. Браво, Гермиона. Какой блестящий спектакль разыграла сегодня в аптеке. Обвинила его Мерлин знает в каких грехах и в самом страшном – в предательстве, а сама… Воображение тут же услужливо нарисовало, как Гермиона занимается любовью с этим слюнявым выродком. Северус сжал зубы так, что заныли челюсти. Чуть подрагивающими пальцами он собрал колдографии, положил их обратно в конверт, а конверт сунул в карман мантии. Гнев, дикая, необузданная ярость затуманивали разум, сжигая изнутри.

И где сейчас может быть эта девчонка? Если она сейчас с этим… Внутренний голос слабо пытался пробиться сквозь ураган эмоций, утверждая, что вернее Гермионы женщины нет и что сама мысль о том, что она могла изменить – просто величайшая глупость, дикость и нелепица.

Северус сделал шаг к камину, но внезапно остановился. Что он собирается сделать? Застать любовников и выставить себя посмешищем? Убить? Бросить ей колдографии – пусть оправдывается? А если она попросту не станет этого делать? Что, если заявит, что всё кончено и она остаётся с этим хмырём? Снейп ударил кулаком по каминной полке и едва сдержался, чтобы не зарычать или не завыть. Гермиона сейчас наверняка у этого хмыря. Больше ей быть просто негде. А он не мог сейчас их видеть. Да он вообще не мог и не хотел никого видеть! Но и в собственном доме оставаться невыносимо.

Прихватив с собой бутылку огневиски, Северус аппарировал в Тупик Прядильщиков.



aori Дата: Вторник, 21.12.2010, 16:18 | Сообщение # 6

 
Ранг: Вампир
Сообщений: 335
Награды: 1
Глава 5

Северус вошёл в тёмный дом и, засветив палочку, краем глаза заметил, как на диване что-то тускло блеснуло. Он подошёл ближе. Сумочка. У Гермионы привычка оставлять сумочки на диванах и креслах. Гермиона здесь?! Неужели она водит любовника сюда?! Нет, это невозможно. Он не смог бы войти в дом. Если, конечно, Гермиона не сняла чары… Северус проверил. Не сняла.

Он подошёл к одному из книжных стеллажей, сейчас пустых, и тот послушно отъехал в сторону, пропуская хозяина в узкий тёмный коридорчик.

Северус замер на пороге спальни, машинально невербальным «Нокс» погасив свет своей палочки. В спальне горело несколько свечей, было тепло, видимо, использовались согревающие чары. Гермиона лежала на большой старой кровати, свернувшись калачиком и чуть ли не с головой укутавшись в одеяло, спала. У Северуса сжалось сердце. Гоблиновы уши, как же он любил эту девочку… Невольно нахлынули воспоминания о том, как он впервые на руках принёс сюда Гермиону в тонком светло-зелёном платье… О том, как наутро она предложила подарить ему на день рождения новую кровать – эта ужасно скрипела… Любимая, дорогая, родная девочка… не хотелось ни обвинять её в чём бы то ни было, ни подозревать… забыть обо всём и просто обнять её, прижать к себе, защитить, уберечь… и никогда не отпускать.

Мысль о конверте в кармане заставила губы Северуса сурово сжаться. В любом случае, он получит ответы на все свои вопросы.

Будить или нет?

Северус зашёл в спальню и прикрыл за собой дверь, чтобы не вышло оставшееся тепло. Поставил бутылку огневиски на стул, достал конверт с колдографиями, какое-то время повертел его в руках и положил рядом с бутылкой.

- Северус? – удивлённо спросила Гермиона, приподнявшись на локте, и заморгала, прогоняя сон.

- Я.

- Как ты здесь оказался?

- Так же, как и ты.

Она потянулась за палочкой, призвала мантию и, сбросив одеяло, завернулась в неё. После этого заново наложила на комнату согревающие чары. Серебристо-серое платье на Гермионе подействовало на Северуса как пощёчина.

- И куда тебя носило в таком виде? – поинтересовался он тоном, от которого Гермионе захотелось спрятаться под одеялом с головой.

- Я была у Марциуса Стрейкера на дне рождении.

- И как прошло? Моя жена поздно вечером отправляется на вечеринку неизвестно к кому, и я узнаю об этом последним?

- И это говорит мне мой муж, который почти три месяца провёл бок о бок с барбиподобной женщиной?! Если бы я сегодня не пришла в аптеку, то до сих пор бы об этом не знала!

- Она просто практикантка, - процедил Северус. – Не больше, не меньше. И в то, что мне до неё нет абсолютно никакого дела, тебе придётся поверить мне на слово. А вот я тебе на слово верить не собираюсь, - он швырнул Гермионе под ноги конверт.

- Ну и что такого? – спросила она, мельком посмотрев на снимки. – То, что здесь запечатлено, видело всё Министерство. Или ты подозреваешь меня в чём-то? – Гермиона подняла подбородок, глаза сверкнули.

- Скажи мне причину, по которой я не должен этого делать, - прошипел Северус.

- Хорошо. Я объясню. Марциус Стрейкер – обвинитель. Мы, по сути, были врагами, пока он не пришёл и не предложил зарыть топор войны. Пригласил на обед. Я довольно долго отказывалась, потому что этот человек был мне неприятен, но он продолжал настаивать и, чтобы отвязаться, я согласилась. На колдографиях мы в министерском кафе. Людное место, Северус.

- А кабинет? Тоже людное? Ты позволяла ему себя лапать.

- Он меня не лапал! Побойся Мерлина, Северус! Мы с Марци подружились. Он был таким милым, весёлым и трогательным. И… я только теперь поняла, что это он позволял мне выигрывать все эти процессы, успех ослепил меня. Я была такой дурой! Мне тошно от собственной наивности! Сегодня мне открылись истинные намерения Марци и его настоящее ко мне отношение. Он хотел переспать со мной и для этого устроил весь это цирк.

- И как он в постели? – резко спросил Северус.

- А как в постели мисс Стюарт?

- Не надо. Шутить. Со мной.

- Почему я должна тебе верить, а ты мне нет?! Осточертело!

- Мне тоже!

Северус оттолкнул Гермиону и, хлопнув дверью, выскочил в коридор. Дикий крик заставил его ворваться обратно в спальню. Гермиона стояла на коленях, смотрела на свою руку, и по её щекам катились слёзы. Гоблиново дерьмо, она что, не убрала пальцы с косяка?! Северус подхватил её, прижал к себе.

- Что? Я прищемил тебе пальцы? - Гермиона не ответила, только дрожала от беззвучных рыданий. - Дай я посмотрю.

Она опять не шелохнулась, поэтому он сам осторожно взял ладошку жены в свою руку и осмотрел багрово-синие отметины на пальцах. Мерлин великий, да как он вообще не перебил такие тонкие косточки этой проклятой дверью?!

- Нужен холод. Пойдём.

Обняв Гермиону за плечи, Северус завёл её в ванную и, открыв кран, подставил её пальцы под ледяную воду. Пальцы скоро онемели, и боль притупилась. Северус посмотрел на их с Гермионой отражение в зеркале. Она уже не плакала, но её лицо всё ещё было мокрым от слёз. Он обнял её за талию, прижал к себе и, закрыв глаза, потёрся лицом о её волосы.

- Прости меня, - чуть слышно прошептал он.

- И ты меня. За то, что была такой эгоисткой, - Гермиона наклонилась и умылась, набрав здоровой рукой пригоршню воды. Её ягодицы оказались плотно прижатыми к бёдрам мужа, и его тело отреагировало мгновенно. Длинно выдохнув, Северус провёл ладонью по спине девушки. Гермиона выпрямилась, закрутила кран и уставилась в зеркало.

- Северус?

- Да? - он нежно поцеловал её в шею, погладил по плечам.

- Я люблю тебя. Ты и наши дети для меня – всё.

- Нечестно. Это были мои слова, - проворчал он. Гермиона слабо улыбнулась. – Ты у меня такая красивая…

- Так считаешь только ты.

- Гермиона, ты дожила до двадцати семи лет, но по сути такой ещё ребёнок… - он слегка сжал зубами мочку её уха, заставив кожу девушки покрыться мурашками.

- Тогда я могу обвинить тебя в педофилии, - засмеялась она и потёрлась затылком о его плечо.

- Хм. Тогда я тебя – в геронтофилии.

- Может, хватит обвинений? Как ты смотришь на то, что рядом с тобой будет работать не дылда, а я? - он молча провёл ладонью по её груди. - Я не понимаю твой язык жестов, Северус. Это значит «положительно»?

- М? Да. Это значит «положить её на»…

Гермиона повернулась в кольце мужских рук и обвила шею мужа руками. Их губы встретилась. Она наслаждалась его вкусом, его дыханием, его бархатным языком…

- Как я соскучилась, - выдохнула Гермиона. Она чувствовала, какое неистовое желание охватило Северуса, как они оказались в самом эпицентре огненного вихря страсти, готового сжечь их…

Кровать предсказуемо громко скрипнула под двойным весом. Гермиона прижалась к обнажённому телу мужа и вдруг потребовала:

- Разорви его, Северус. Ну же, разорви!

Раздался треск ткани, и серебристо-серое платье пришло в полную негодность. Северус овладел женой быстро – слишком долго они не были вместе, слишком велико было желание, слишком сильна страсть.

Быстрый горячий секс утолил первый голод, но не насытил. Впрочем, чтобы дарить друг другу чувстве6нное наслаждение, у них впереди была не только эта ночь, но и вся жизнь.

Гермиона отдавала, дарила Северусу всю себя и получала столь же щедрый дар взамен.

Это любовь. Это счастье. Безоблачное.



Форум » Harry Potter Fanfiction » Рейтинг R » Облачное счастье (Dea siderea, СС/ГГ, PG-15, Romance, закончен)
Страница 1 из 11
Поиск: